andreistp (andreistp) wrote in ukraine_russia,
andreistp
andreistp
ukraine_russia

Голодомор - это не только 7 миллионов жизней, но и 66 тонн золота, 1439 тонн серебра, бриллианты

Голодомор 1932-33 годов был не только крупнейшим в истории геноцидом, но и самым масштабным и эффективным грабежом людей. Такой-себе золото-заготовкой, золотой лихорадкой по-коммунистически. Где жертвы сами достают из тайников и несут завоевателям свои родовые сокровища. Лишь бы отсрочить голодную смерть. А, может, и выжить.

В одном из телефонных разговоров спросил, - а как эта женщина и её семья тогда в 1933 спаслись. Выяснилось, только благодаря 7 массивным золотым изделиям редкой ценности и пробы (999), которые еще при царизме подарил дед - дворянин Кириченко, капитан корабля дальневосточного флота.

Сдав эту память об отце (и немалый капитал!) В лавку торгсина, бабушка спасла семью и многих жителей села Монастырище Ичнянского района Черниговской области. Остальные села вымерло.

Вопрос возник автоматически: а сколько же всего капитала метла комуноимперского голодомора вымела из Украины?

Торгсины во время голодомора стали единой сетью государственной торговли, где население могло купить некоторые самые необходимые продукты питания. Но только за драгоценные металлы или валюту.

Формально эта всесоюзная контора возникла летом 1930 г. при Наркомате внешней торговли. Но в Украине магазины торгсина активно начали работать с января 1932, и на практике - не с иностранцами, а с голодающими крестьянами.

Постановление "Об образовании Всеукраинской конторы торгсина" Украинское экономическое совещание при СНК УССР приняло 29.06 1932 Эксперты НК РКИ, в частности, указывали, что "мобилизация внутри страны эффективной валюты играет колоссальную роль ...", что "бытовое золото ... необходимо собрать с помощью системы "торгсинов" и направить на службу интересам пролетарского государства.

Случайны эти даты и директивы?

Сопоставим по времени и содержанию различные постановления и другие документы по организации-расширению сети торгсина в Украине с постановлениями партии по организации геноцида голодом (об усилении хлебозаготовок, о "трех колосках", о недопущении любой торговли продуктами в селах, о борьбе с "саботажниками" и т. д.).

Эти документы выходили и действовали абсолютно согласованно и синхронно! По принципу: 1) партия забирает у украинского крестьянина весь хлеб; 2) торгсин отнимает у него все золото и деньги! Далее, анализ собственно организации работы партии и торгсинов добавил еще пункт 3): но сделайте все так, чтобы хохлы все равно не выжили.

В обмен на обрядовое золото крестьяне получали товарные ордера (боны), с 1933-го г. - так называемые заборные книги, которые уже потом отоваривали на продукты. Этот процесс затягивался нередко до двух месяцев и отоваривать боны или заборные книги уже было некому. Существовала даже секретная инструкция: "не давать обещаний покупателям на быстрое получение продуктов".

Очевидцы свидетельствуют, что случаи смертей голодающих прямо в километровых очередях за хлебом или сразу после отоварення были массовыми. Послушаем их:

Нина Перепада:

- Каждое утро, будучи семилетним мальчиком, Юрий Перепад наблюдал такую картину: по Крещатику несколько раз на утро ездили повозки, запряженные лошадьми; в ней было по мужику, а двое шли рядом пешком. Задача их состояла в том, что они ... должны были очищать улицу от трупов, или еще живых людей, очень близки к этому состоянию. Двое поднимали трупы и клали их в телегу, накрывая рогожей. Дети и взрослые проходили по улице по своим делам, просто обходя еще не подобраны трупы. Рассказывали, что тела свозили в 3-й корпус "Октябрськой" больницы, ... составляли ярусами, а оттуда в таком состоянии везли на Байковое кладбище, где бросали в ямы и посыпали хлоркой.

Он помнит, что в доме на улице Пушкинской (№ 6 или № 8) был коммерческий хлебный магазин, где хлеб был по очень высокой цене, однако очередь возле него тянулась до и через улицу Прорезная. Часто люди умирали, просто стоя в очереди за хлебом.

(Український голокост 1932-33: Свідчення тих, хто вижив. – Том 2 )

Галина Назаренко:

- Вечером занимали очередь на хлеб-кирпичики, который был, как опилки. Выстаивали всю ночь, а утром формировали десятки, по 10 человек пускали в магазин. В этой десятке друг за друга держались, чтобы, не дай Бог, кто-то не втулився со стороны. Мне часто приходилось бывать в таких очередях.

Золотые кольца мамы и отца со свадьбы мама сдала в "Торгсин", за что получила несколько килограммов муки и варила нам галушки.

(Український голокост 1932-33: Свідчення тих, хто вижив: У трьох томах. / за ред. О .Ю. Мицика. – Том 2. – Київ: Вид. дім "Києво-могилянська академія", 2004).

Андрей Опанасенко:

- В Киеве я видел умирающих жителей окрестных сел, если можно так назвать тех обездоленных существ, потерявших от голода человеческий облик. Они уже ничего не просили, а сидели или лежали опухшими бревнами под стенами домов на Верхнем и Нижнем Валу на Подоле. Умерших свозили в Бабий Яр и там хоронили.

Привозили и полуживых, что там умирали.

(Газета "Вечірній Київ", листопад 1998.)

Федор Довгодько:

- Мы кололи лед на Днепре. Проезжая по набережной в сторону Подола, люди наблюдали страшную картину - на берегу лежали десятки, сотни трупов. Многие падали прямо у нас на глазах. Никто их не забирал.

(Голод-геноцид 1933 року в Україні..: МІжнар. Наук.-теорет. Конференція.: Мат-ли. - Київ, Нью-Йорк, 2000.)

Лидия Кузнецова:


- Очень хорошо мне запомнились очереди за хлебом. Иногда они тянулись к нескольких километров. Еще солнце не встало, а очереди уже стояли. Те, кто занимал очередь ни свет ни заря, мог ли получить эти маленькие кусочки хлеба только поздно вечером. В основном приезжал народ из сёл ...

Помню, как люди из села получали этот кусочек хлеба, садились в уголок и умирали прямо там, на улице.

(Український голокост 1932-33: Свідчення тих, хто вижив. – Том 2 )

Часто у магазинов торгсина на голодных крестьян караулили сотрудники ГПУ, которые арестовывали "золотовалютчикив", лишая купленного хлеба. Или вообще, людей просто гнали "в шею" или закрывали - для большей гарантии их конца.

</b> Галина Афанасьева: </b>

- Я хорошо помню, как уже осенью 1932 года Киев был наполнен голодными и опухшими крестьянами, свои нехитрые пожитки пытались обменять на хлеб и другие продукты. Особенно большой наплыв голодающих крестьян возник весной 1933 года. Опухшими людьми и живыми скелетами были заполнены все скверы и улицы города. Помню, особенно много таких живых трупов было на Подоле, на улицах Верхний и Нижний Вал, где было много широких рядов, на которых толпились сотни этих несчастных. Там они сидели, лежали и умирали.

Каждое утро по улицам города ездили подводы, на которых вместе с возницей был специальной подборщик трупов. Вместе с теми, кто уже отдал Богу душу, подбирали и живых, в которых еще теплилося жизни. Мертвых и еще живых свозили в церковь на Хоревой улице И там складировали несчастных. Вокруг этой церкви вырыли широкий и глубокий ров, в который периодически сбрасывали трупы, которыми наполнялась церковь ...

На улице Верхний Вал в те годы был хлебный магазин, в котором продавали хлеб по коммерческой цене ... На руки продавали только по 1 кг. Поскольку хлеба для киевлян по картам было недостаточно, по коммерческому хлебом образовывались огромные очереди еще с вечера. Милиция разгоняла очереди и изнемог от голода людей загонял в церковь и там оставляла. Там они и умирали ...

В одну из таких милицейских облав попала и моя мать Ульяна Хоменчук, которую также милиция заперла в церкви. Через двое суток открыли церковь для освобождения от очередной партии трупов и пополнение новыми жертвами. Но мать еще была живой и спаслась от этого сатанинского конвейера смерти.

В нашей семье опухших не было, потому что мы жили на Трухановом острове и вся семья заготавливали дрова, которые лодками переправляли через Днепр и продавали на базарах. Кроме того, наша семья имела некоторые золотые вещи, которые достались матери в наследство ... Эти драгоценности охотно принимали торгаши в обмен на продукты ... В "Торгсин" было достаточно муки, сала, меда, колбас, консервов ...

В обмен на золотые украшения мы получали дешевое кукурузную муку, из которой мать пекла пирожки и продавала их на рынке, чтобы прокормить семью. Так "крутились" все киевляне, не умереть с голоду

(Газета "Самостоятельная Украина", октябрь 1999)

Но больше способствовал смертности крестьян, даже "осчастливленных" торгcином, так называемая "припек" - официально разрешенная прибыль скупщика торгcина, т.е. разница между весом золота, принятой от населения, и сданной в банк. Очень часто принимали золото по одной массой и пробой, а платили и записывали в регистрационных актов совсем другие.

"Припек" достигал нескольких килограммов, и за каждый грамм похищенного крестьянского золота была чья-то жизнь. Помимо "припека", получая большие зарплаты и продпайки, работники торгсина все равно занимались мошенничеством, спекуляциями. Система торгсина платила гражданам значительно меньше за их золото, чем оно покупало на мировых биржах.

Соглашаемся с д. и. н. В. Марочко отношении еще одного аспекта этих преступных действий - бытовое золото, которое называли "золотой лом", было особенно опасной ценностью, потому что его обрядово-бытовой смысл касался святого: семейных реликвий, нагрудных крестов, свадебной помолвки, крещения, их оберегали, передавали от поколения к поколению, соединяя роды в нацию и приумножая духовность.

На октябрь 1933 в Украине действовало 263 магазины торгсина, каждый из которых имел сеть приемных пунктов, лавок, отделений с ячейками. Больше всего таких магазинов было в Киевской обл. - 58, наименьшее - в Донецкой обл. (11) и Молдавской АССР (5). На эту сеть возлагали конкретные задачи по изъятию у населения золота, валюты и других ценностей, которые не выполнялись через избыточность.

Масштабы "золотой лихорадки" по-большевистски отвечали "графикам" геноцида: если в 1931 году через систему торгсина в казну поступило 6 млн., в 1932 г. - около 50 млн., то в 1933 г. - 107 млн. валютных рублей. Из них 75,2% составляли драгоценные металлы - золото, серебро, платина. Так называемый "золотой лом" составил 38%, монеты царской чеканки -18% от общей суммы валютных поступлений.

Если в 1932 году торгсин УССР "заготовил" 21 тонну золота (26,8 млн. руб.) И 18,5 тонн серебра (0,3 млн. руб.) От населения, то в 1933 г. - 44,9 тонн золота (58 млн. руб) и 1420,5 тонну серебра (22,9 млн. руб.)

Особенно невыгодно было сдавать серебро. Цена на него по сравнению с дореволюционными годами упала втрое. За 1 г серебра крестьянам давали 1 руб. 25 коп, тогда как на Нью-Йоркской бирже - 1 руб. 80 коп. От такой "дельты" прибыли партии были колоссальные.

Скупку бриллиантов правительство разрешило осенью 1933 г., когда поступления золота в магазины торгсина значительно упало (все сдали, да и некому уже было сдавать. В Украине действовал только один пункт - в Харькове. За один карат алмаза с дефектами торгсиновськие "специалисты" предлагали 12 рублей, а за чистые - 260 руб. Догадываетесь, почему и для чего сделали такую большую разницу? Только за четыре месяца бриллиантовых операций торгсин собрал бриллиантов на 600 тыс. руб.

В 1932-33 г. за границу отправили также различного антиквариата (произведения искусства, старинные драгоценности) на сумму 5,8 млн. инвалютных рублей.

Торгсин не была единственной машиной по забору ценностей в умирающего населения. Вряд ли кто подсчитает когда масштабы отнятого у людей добра на нелегальных стихийных рынках, где цены на хлеб были в десятки раз выше, чем даже в торгсинах. Или просто ограбленного золота, которое властные рэкетиры забирали у беззащитных крестьян-единоличников. Типичный такой случай описал инвалид войны Алексей Резник в статье "Золото для диктатуры пролетариата" ("Украина молода", 23.11.06, стр. 11):

"В 1931-32 гг была развернута широкомасштабная государственная операция к хозяину-трударю... Их группами возили в Винницу в тюрьму. Забрали и моего отца ... Когда их привезли в тюрьму, каждому назвали сумму выкупа свободы в золотых рублях ... Заходили милиционеры в камеру, хватали за волосы заложников, которые стояли рядом, и стучали голову о голову, крича: «О, звенит золото» Отобранных забирали на пытки, били, ломали пальцы, зажимая дверью ... пока человек не назовет сумму золота, которая устраивала палачей ... Брат сказал, что осталось 35 золотых рублей. Милиционеры с радостью забрали эти деньги и отпустили отца ".

Устали от цифр? Тогда на завершение дадим слово еще одному свидетелю:

Долгожительница Мыкал із села Пухівка на Броварщині:

- Была весна 1933 года. Мне шел восемнадцатый год, училась в Киевском Педтехникуме. Набор в техникум был 99 человек, а закончило только 33. А где же 66? Умерли, а кто ушел куда глаза глядят. Вот идет урок математики, а Сахно Володя после ночной смены на заводе "Укркабель" спит вечным сном на столе. Вынесли мы его и похоронили на Лукьяновском кладбище. И так шел день за днем. Питались в студенческой столовой на улице Дикой, там готовили какой суп - одна горошина в тарелке, а остальные вода ... Давали нам по 150 граммов хлеба в день. Получишь ту картонку с талонами и молишь Бога, чтобы никто ее не украл или не потерять. Пойдешь в магазин, возьми свою порцию, укусишь и нет, будто и не ела.

Один эпизод остался на всю жизнь в моей памяти. Был урок воен.дисциплины ... - Тактические занятия ... за городом, возле Лукьяновского кладбища. Сил не было, а командир заставляет бегать, и нас трое не побежало, а отошли в сторону ... Был с нами парень из детского дома - Костя. Мы его ждем, а он не идет. Подошли к нему и ужаснулись ... Он сидел возле ямы, в которой было полно мертвых тел детей. Они все лежали в беспорядке: того рука, того нога, того всё туловище было видно, видно что их сбрасывали с подводы. Таких было семь могил ... Это делалось ночью - привезут, сбросят - и поехали дальше по человеческие души.

Нас позвал военрук. А мы дрожали и плакали, а особенно тот парень из детдома. Он сказал: "И меня ждет такая судьба ..."

(33-й: голод: Народна Кн. — Меморіал. /Упор. Л.Коваленко, В.Маняк. Київ, 1991р )

Если соотнести число жертв украинского голодомора с серебром, золотом, скачанных имперским коммунизмом с Украины в то время, выйдет где-то 5 инвалютных рублей. Или 12 кг муки. Такова была цена жизни, вернее, страшной смерти одного украинского жителя тогда.

Если разделить эти почти 66 тонн золотых изделий и 1439 тонн серебряных на нас сущих, - получится около полутора грамма золота и 31 грамм серебра ... К чему это? Да так, каждый пусть подумает о своем.

Есть еще места для могил на кладбище расстрелянных иллюзий?
(с)Олег Надоша, Владимир Гонский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 186 comments