mriyas (mriyas) wrote in ukraine_russia,
mriyas
mriyas
ukraine_russia

Обреченная на продажу

Экономический кризис может обернуться для Украины потерей контроля над основными активами, которые будут проданы европейским и российским компаниям, и фиксацией буферного статуса государства.

Однажды «Эксперт» уже писал о замечательном лозунге, который долгие годы украшал дорогу из международного аэропорта Борисполь в Киев. Он гласил: «Україна приречена на успіх», в переводе — «Украина обречена на успех». Для украинской элиты характерна потрясающая вера в неизбежность успеха, которая отразилась и в словах песни Верки Сердючки «Хо-ро-шо. Все будет хорошо». Сама по себе вера, безусловно, неплохая штука, за исключением случаев, когда враг — кризис — у ворот и хату надо срочно спасать.

В начале октября этого года в ток-шоу Савика Шустера на украинском телевидении выступал российский экономист Сергей Глазьев. Он немного рассказал о мировом кризисе и предупредил Украину, что ей тоже нужно готовиться к очень плохим временам. «Мировая цена на ваш основной экспортный продукт — сталь — падает, а значит, дефицит платежного баланса Украины будет только нарастать. И если раньше он покрывался за счет кредитов западных банков, то теперь, в условиях мирового финансового кризиса, эти кредиты вам давать не будут. Дефицит финансировать нечем, а значит, экономика вся пойдет резко вниз», — предупредил Глазьев.

Сидевшие в аудитори депутаты из проправительственного Блока Юлии Тимошенко громко смеялись, а потом один из них сказал вполне в духе придорожного лозунга и песенки Сердючки: «Да нет у нас никакого кризиса. Не надо нас пугать». Кстати, в это время металлурги уже останаливали домны, банки молили о помощи (вкладчики изымали миллиарды гривен) и приостанавливали кредитование. Читать мантры тимошенковцы, да и сама Юлия Тимошенко, убеждавшая народ в том, что никакого кризиса в стране нет и мировые финансовые неурядицы на Украине не отразятся, прекратили лишь после 8 октября, когда президент Виктор Ющенко своим указом распустил парламент и назначил досрочные выборы, которые БЮТ скорее всего проиграл бы. Тогда Юлия Владимировна принялась объяснять стране: «Нельзя проводить выборы, когда кризис на дворе, — Украину спасать надо».

В конце октября Украина договорилась о получении кредита от МВФ в размере 16 млрд долларов, а парламент, так и не распущенный (президент приостановил действие своего указа), утвердил перечень антикризисных мер, согласованный с МВФ.

Впрочем, прозрение и кредит на кризисные процессы в стране уже практически не повлияют. Украина скатывается в огромную долговую яму, выбраться из которой украинцы самостоятельно не смогут, а потому главный вопрос ближайшего будущего — кто войдет в пул зарубежных кредиторов-спасителей. Они, эти спасители, и будут определять не только экономику, но и политику Украины. Вероятнее всего, этот пул сформируют Россия и Европейский союз, от которых и зависит сегодня выздоровление украинской экономики. Чем меньше пострадают российская и западноевропейская экономики, тем быстрее Украина сможет получить от них необходимые ресурсы для развития.

«Кінчай тату торгувати, а то вже нема чим сдачу давати»
В приведенных выше словах Сергея Глазьева кратко описаны главные причины украинского кризиса. В целом они весьма похожи на российские (падение цен на экспортные товары и перекрытие каналов внешнего финансирования), но имеют крайне важную специфику. Напомним, что обеспечивало экономический рост Украины в последние десять лет.

Во-первых, благоприятная конъюнктура на основную экспортную продукцию — сталь и химию (за исключением коротких периодов в 2002−м и 2005 годах). Совсем уж золотые времена для украинских экспортеров настали в конце 2007−го, когда повышение цен на сталь подогревалось спекулятивными играми и слабеющим долларом, а курс последнего к гривне оставался стабильным.

Во-вторых, экономический рост в странах СНГ, основном регионе украинского экспорта, позволивший Украине наращивать поставки товаров, не пользовавшихся спросом на мировом рынке (машиностроение, пищевая промышленность), в государства бывшего СССР.

В-третьих, с 2003 года наблюдался рост внутреннего спроса, который был вызван в первую очередь увеличением социальных выплат, резко ускорившимся после оранжевой революции. Страна вступила в череду выборов, к каждым из которых нужно было ублажать избирателя.

В-четвертых, рост цен на продовольствие на мировом рынке и внутри страны, что стимулировало развитие сельского хозяйства, хотя тут очень сильны колебания год от года, связанные с погодными условиями.

В-пятых, миллиарды долларов, переведенных гастарбайтерами. Эти деньги ощутимо поддерживали экономику Западной и во многом Центральной Украины.

В-шестых, кредитный бум в совокупности с увеличением доходов населения, обеспечивший рост строительства и торговли. Этот бум держался на заемных деньгах западных банков, которые получали украинские банки (общая сумма задолженности банковского сектора на 1 июля составила 38,5 млрд долларов, или 25% ВВП Украины).

Именно эти шесть факторов и помогли экономике Украины не обращать внимания и на политическую нестабильность в стране, и на тотальную коррупцию, и на процветающее рейдерство, и на рост цен на газ, и на недостаток инвестиций в модернизацию производства и инфраструктуры. А главное, имевшиеся деньги позволяли украинской экономике существовать в условиях тотального социал-популизма правительства, который уже с 2005 года, сразу после оранжевой революции, привел к кардинальному нарушению торгового баланса страны (см. график). В 2005 году правительство пугало предпринимателей реприватизацией, а суть послания премьера Тимошенко к бизнесу заключалась во фразе «Настало время жирком с народом поделиться».

Жирок с предпринимателей (в первую очередь крупных, но не только) снимали путем увеличения налоговой нагрузки, роста тарифов на транспорт и энергоносители, ревальвации гривны. Именно с этого момента на первые роли в числе факторов экономического роста вышли кредитный бум и рост внутреннего спроса. Пришедшее после отставки Тимошенко правительство Юрия Еханурова и особенно сформированное в 2006 году правительство Виктора Януковича пытались свернуть со скользкой дорожки, но их усилия окончились крахом в 2007 году, когда президент Виктор Ющенко распустил парламент и объявил выборы. Очередной вал социальных выплат разогрел инфляцию, для борьбы с которой новое правительство Тимошенко стимулировало дешевый импорт, сжимало денежную массу, что привело к сворачиванию кредитной активности банков уже к маю 2008 года, к застою на строительном рынке и продолжило укреплять гривну. Таким образом, к августу 2008 года, когда начало лихорадить рынок стали, и к сентябрю, когда банки столкнулись с невозможностью перекредитоваться на Западе, украинская экономика подошла в крайне разбалансированном состоянии.

Кризис обрушил сразу все факторы украинского благополучия. Даже гастарбайтеры стали терять работу за кордоном и возвращаться на родину. Ресурсов для развития украинской экономики практически нет. Накоплениями государство в свое время не озаботилось. В результате есть 100 млрд долларов внешнего долга, из которых 14 млрд должно государство, остальное — частный сектор. Есть почти 20 млрд долларов, которые банки, частные и государственные компании должны погасить в будущем году. Есть падение производства на 20% в октябре по отношению к тому же месяцу прошлого года. Причем спад идет не только за счет металлургии и смежных с ней отраслей. Рухнула также пищевая промышленность, что говорит о снижении внутреннего потребления. Наконец, есть сотни тысяч сокращенных и отправленных в неоплачиваемые отпуска металлургов, химиков, машиностроителей…

Наступила расплата за последние четыре года проедания ВВП. Начинается новая жизнь, и чтобы хоть как-то ее понять, надо попытаться ответить на пять ключевых вопросов.

Сталь: многие не выживут
Первый из них — как быстро выйдет из кризиса мировой рынок стали, а вместе с ним и украинская металлургия. В октябре в сравнении с аналогичным периодом прошлого года показатели отрасли обвалились на 35,6%. По большинству прогнозов, мировой рынок стали в ближайшие год-два не будет демонстрировать значительного роста. В лучшем случае он перестанет падать. Безусловно, это не означает смерти всей украинской металлургии. Цена ФОБ порты Черного моря на сталь сейчас находится на уровне вполне благополучного для украинских металлургов 2006 года.

Проблема в том, что с тех пор значительно выросли тарифы на газ, перевозки и расходы на оплату труда, а украинские металлурги успели поднабрать кредитов на Западе. У некоторых компаний доля выплат по кредитам составляет в себестоимости металла 70%. Поэтому можно с уверенностью прогнозировать: значительная часть украинских металлургов кризис не переживет.

Из четырех крупнейших металлургических групп Украины: ИСД Виталия Гайдука и Сергея Таруты, «Метинвест» Рината Ахметова в альянсе со «Смарт групп» Вадима Новинского, группа «Приват» Игоря Коломойского и Мариупольский металлургический комбинат имени Ильича — шансы выжить имеет Ахметов, который успел построить вертикально интегрированную империю, включающую не только металлургию, но и угольные шахты, и горнорудные предприятия, и даже электростанции с распределительными сетями. Правда, у Ахметова высокие политические риски — он глубоко вовлечен в украинскую политику. Он является одним из ключевых деятелей Партии регионов Виктора Януковича и к тому же близок к президенту Виктору Ющенко. Но на третий стул он сесть не смог. Если к власти придет Юлия Тимошенко, Ахметову несдобровать.

Относительно неплохие позиции и у предприятий группы «Приват», которая год назад успела продать свои металлургические активы российской «Евраз Груп». Что касается ИСД и «Ильича», то их нынешние владельцы с высокой долей вероятности в самое ближайшее время будут вынуждены искать покупателей на свои заводы, и не факт, что найдут. Учитывая рост цены на газ и низкую емкость внутреннего рынка, металлургические активы Украины не очень привлекательны.

Но и у тех металлургов, которые останутся на плаву, средств для активной производственной деятельности нет. Ближайшие годы станут для всей металлургии периодом выживания.

Газ: запах политики
Второй вопрос — сможет ли Украина договориться с Россией о реструктуризации своего долга за поставленный газ и о приемлемом уровне цен на ближайшие три-четыре года. Рыночная конъюнктура (падение цен на нефть, к которому привязана формула расчета цены российского газа для Европы) теоретически давала Украине прекрасную возможность поторговаться с «Газпромом». Сейчас Украина потребляет газ по цене 179 долларов за тысячу кубометров, при том что среднеевропейская цена — 500, а за вычетом стоимости транзита по украинской территории получается около 400 долларов.

Еще пару недель назад украинские правительственные эксперты рассуждали, что в «худшем случае» стоимость газа не превысит для украинцев 230 долларов, а то и вообще останется на прежнем уровне. Сейчас же надежды испарились: президент России Дмитрий Медведев в довольно жесткой форме потребовал от «Газпрома» получить с Украины долг в размере 2,4 млрд долларов и установить цену в 400 долларов. Конечно, кризис побуждает Россию и «Газпром» изыскивать любые возможные резервы для роста своих продаж — ведь европейские цены, очевидно, упадут — и собирать долги или, по крайней мере, оказаться первыми в очереди кредиторов, требующих от Киева возврата средств. Банк Morgan Stanley, например, заявил о намерении заставить «Укравтодор» досрочно вернуть 930 млн долларов кредита (всего эта компания привлекла 2,3 млрд на постройку дорог). Активность западных банков и «Газпрома» по выбиванию украинских долгов другие кредиторы восприняли как тревожный знак. Вскоре, надо полагать, они тоже выстроятся в очередь.

Не исключено, что на определение будущей цены на газ для Украины повлияет и политика. Во всяком случае, после грузино-осетинского конфликта отношения между Россией и Украиной в отвратительном состоянии, а политика президента Ющенко в отношении Москвы настолько конфронтационна, что ожидать от РФ поблажек нет никакого резона. Поэтому цена, скорее всего, будет максимально возможной, что вгонит украинские энергоемкие экспортные отрасли и экономику в целом в глубокую рецессию в следующем году.

Банки: пощады слабым не будет
Третий вопрос — как быстро вольют ликвидность, предоставляемую МВФ, в украинскую банковскую систему, чтобы она не обанкротилась. Учитывая, что в следующем году наступает срок платежей на сумму 20 млрд долларов, денег на всех не хватит. Правда, украинские предприниматели по каким-то причинам питают надежду на деньги МВФ — в кабмин уже выстроилась очередь из металлургов, строителей, химиков и прочих деловых людей, желающих получить свою долю. Проблема, однако, в том, что, согласно меморандуму, эти деньги не могут быть потрачены на поддержку отраслей экономики, а должны пойти исключительно на выплаты по внешним займам, например упомянутого выше «Укравтодора», и при возникновении проблем с платежеспособностью государства по внешним долгам.

Найти средства внутри страны не удастся. Крупнейшие финансово-промышленные группы, имеющие заначку, не дадут ни гривны — они будут спасать собственные банки. Иностранцы при нынешних обстоятельствах инвестировать в украинскую экономику не станут. Хотя пока у некоторых банков еще сохраняется шанс найти покупателей. Один из крупнейших в стране Проминвестбанк, например, приобрели донецкие предприниматели братья Клюевы, а совсем не маленький банк «Надра» купил совладелец «Росукрэнерго» Дмитрий Фирташ. Но в целом значительная часть украинских банков будет вынуждена объявить дефолт по своим обязательствам. Систему ждет затяжной кризис, кредитная активность сохранится на крайне низком уровне.

Мечту готовы отнять
Четвертый вопрос — сможет ли Украина получить средства, необходимые для поддержания бюджетных расходов хотя бы на нынешнем уровне, а также для инвестирования крупных инфраструктурных проектов, прежде всего строительства объектов к Чемпионату Европы по футболу в 2012 году. Осуществление крупных проектов могло бы поддержать внутренний спрос, в том числе на продукцию металлургии.

Однако становится очевидным, что самостоятельно Украина финансировать эти проекты не сможет. Бюджетные расходы в следующем году придется урезать по всем статьям. По итогам ноября, как заявил министр финансов Виктор Пинзеник, бюджет недобрал налоги, то есть государство не может поддерживать расходы даже на нынешнем уровне. Так что инфраструктурные проекты скорее всего будут заморожены, а о готовности принять у себя Евро-2012 вместо Украины уже официально заявили несколько государств.

Не до бизнеса
Пятый вопрос — желает ли правительство стимулировать отечественный бизнес. Ответ напрашивается весьма нерадостный. Фактически украинские власти не интересует судьба национального бизнеса. Единственное благое дело, которое правительство может записать себе в заслугу, — введение моратория на повышение цен на железнодорожные перевозки и энерготарифы для промышленности до конца года. Но неумный подход к урегулированию газовой задолженности с Россией неизбежно приведет к скачку тарифов на газ и, как следствие, к повышению энерготарифов для предприятий.

Антикризисный пакет законов, по сути, формальность. Его приняли только для того, чтобы получить кредит МВФ. Из мер, которые могут помочь украинской экономике, там обращает на себя внимание лишь продление льгот для аграриев. А вот, например, создание стабилизационного фонда — сущая глупость: сегодня деньги для его наполнения получить уже неоткуда. В правительстве и речи не ведется о снижении фискальной нагрузки на бизнес. Напротив, на табачную и алкогольную отрасли предлагается налоги поднять. Предприниматели уже в ужасе. Есть также идея повысить пошлины на импорт товаров. Но здесь, скорее всего, ничего не произойдет: Украина связана по рукам и ногам обязательствами перед ВТО, куда страну угораздило вступить аккурат накануне кризиса.

Вероятная конфигурация посткризисной экономики
Если обобщить все слагаемые украинской экономической ситуации, то в следующем году страну ждет экономический спад, как минимум 5–8% ВВП, высокая инфляция и девальвация национальной валюты уже в первые месяцы. По предварительным прогнозам, за доллар будут давать не менее 7 гривен (сейчас — 6,3, а еще весной курс равнялся примерно 5 гривнам). По неофициальной информации, в меморандуме МВФ записан курс 7,4 гривны, но существуют и более мрачные ожидания — 10 гривен за доллар. Падение гривны тем болем вероятно, что значительная девальвация облегчит положение хотя бы части украинских экспортеров. Спад в экономике приведет также к массовой безработице.

Какой из этого может быть выход? По сути, остается только один — снижать потребление и уровень жизни и продавать активы. Много и дешево. Их, скорее всего, будут покупать западноевропейские и российские компании, те, у которых имеются свободные средства. Эти продажи дадут украинскому правительству средства, необходимые для удержания страны от социального взрыва. По крайней мере, в первые годы кризиса.

Изменится структура экономики. Ее основой будет уже не тяжелая промышленность, а прежде всего сельское хозяйство. Несмотря на спад мировых цен на продукты питания, природно-климатические условия Украины позволяют ей стать конкурентоспособной сельскохозяйственной державой. К тому же в следующем году ожидается снятие моратория на торговлю землями сельхозназначения, на которые должно найтись немало покупателей. Возрастет значение транзитного потенциала страны — по железным дорогам все равно будут ездить, а порты будут осуществлять перевалку, да и нефть с газом перекачивать по украинским трубам не перестанут. Еще одна опора — энергетика. Украина обладает избыточными энергомощностями, которые можно экспортировать в страны ЕС. Наконец, коммунальная сфера — украинцам, как ни крути, придется оплачивать услуги ЖКХ.

Новые столпы украинской экономики, а также выжившие остатки индустрии, оптимизировавшие свои расходы и повысившие эффективность, в какой-то перспективе, накопив жирок, должны начать разогревать экономику.

Весь этот цикл экономической перестройки, безусловно, не будет безболезненным. Затягивание поясов накануне президентских выборов (они должны состояться в конце 2009 года) и вполне вероятных досрочных парламентских выборов приведет к острейшей напряженности в обществе. Огромная армия безработных, сокращение зарплат, пенсий и пособий закладывают под украинскую государственность мину чрезвычайной силы. Нельзя исключать неожиданных результатов выборов и даже жесткого гражданского конфликта и раскола страны. Такое развитие событий будет тем более вероятным, чем более конфронтационную политику будет проводить Киев по отношению к Москве.

Впрочем, раскол страны, думается, маловероятен. Во-первых, не видно сил, готовых проливать кровь за отделение. Во-вторых, Россия и ЕС не заинтересованы в возникновении очага нестабильности у себя под боком, чтобы в перспективе не оказаться в роли доноров обломков Украины. В-третьих, новая администрация в Вашингтоне вряд ли будет заинтересована в конфликтном сценарии на Украине. Пока более вероятным видится вариант, что спасением Украины займутся Россия и Европейский союз при условии формирования в Киеве вменяемого правительства, которое учитывало бы интересы всех частей Украины, оберегая ее от распада. Ни Юлию Тимошенко, ни Виктора Ющенко вменяемыми считать нельзя. Несмотря на всю их евроатлантическую риторику, они метят в «самодержцы». Более легкий случай — Виктор Янукович, но он слишком зависим от крупного украинского бизнеса, который тоже своим влиянием на Украине делиться ни с кем не хочет, а значит, агентом стабилизации рассматривать не приходится и его.

Грубо говоря, выполнять внутри Украины описанную выше схему пока некому. Но запрос на такого человека, такую политическую силу существует. Вероятно, они появятся по мере углубления кризиса, когда всем уже станет очевидно, что самостоятельно Украине не выжить.

Киев
Борис Вуйко, автор «Эксперт», «Эксперт Украина», «Обзоры стран»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments